Последний Экспресс

Каждый однажды должен сесть в поезд, который отвезет вас в неизвестном направлении. Так случилось и со мной, хотя я точно знал, на какой поезд купил билет и куда он меня привезёт. Но судьба бывает очень игривой, и порой не знаешь, какой сюрприз на этот раз она вам готовит. Я сел в поезд ровно в 11:00 и в New York должен был прибыть ровно через 3 дня. New York Times предложили мне работу, и для меня как для юного журналиста это был единственный шанс, за который нужно было вцепляться всеми частями тела. Times была кладезь талантов и многие готовы были пожертвовать всем, лишь бы оказаться там. Поставив чемодан, сняв шляпу и поправив очки я, наконец, уселся на своё место. В поезде было душновато, а на улице достаточно прохладно, поэтому спустя несколько минут пассажиры начали самовольно решать данную проблему. Они открывали верх окон и двери, таким образом, пытаясь создать сквозняк. Некоторых этот вариант не устроил, и посыпалась гора возмущений: «Закройте окна!», «Я еду с ребёнком, имейте совесть!», «Как вам не стыдно, людям холодно». Через 15 минут этого непрекращающегося гула все пришли к единогласному решению, что оставят одно окно открытым и дверь закроют. В это время поезд остановился на первой станции и в вагон зашли новые пассажиры. Не буду лгать, что мой взгляд сразу упал на одну девушку, которая очень, как мне показалось, была взволнована. Она обратилась ко мне:

– Простите, вы не могли бы мне помочь убрать чемодан наверх?

– Да конечно- ответил я, вставая и глазами рыская место. Кое-как запихнув чемодан на свободное место мы, наконец, уселись.

– Спасибо вам большое за помощь

– Да что вы не за что – ответив ей, я вдруг посмотрел в ее глаза и не смог больше произнести ни слова. Они были голубого цвета, как вода в роднике, а кончики светлых волос завивались, играя в какую- то интересную игру. В этой женщине была загадка, которую хотелось непременно разгадать.

– Меня зовут Клэр, а вас?

– Джон, Джон Фоулз

– Клэр Чаплин

– Подождите, неужели вы?- и мне вдруг стало неловко из-за моего непредвиденного любопытства

–Я его правнучка- перебила меня Клэр, моя мама была актрисой, а я стала фотографом-репортером

–Простите меня за мое любопытство

–Да ни чего, я уже привыкла- улыбнувшись, сказала Клэр,- люди, когда слышат мою фамилию, всегда начинают пристальней интересоваться

–Вам наверное такое лишнее внимание в тягость?– осторожно спросил я

–Да нет, я уже привыкла, только хотелось бы верить, что New York Times обратили на меня внимание не из-за моей звучной фамилии, а за мой профессионализм

–Times? Вы собираетесь там работать? Какое сумасшедшее совпадение! — я так ярко и эмоционально обрадовался, что мне опять стало неловко, хотя душа была полна радости, ведь сама правнучка великого, сами знаете кого, через каких-нибудь пару часов могла уже работать вместе с ним

–Прости какое совпадение? я не понимаю?– удивилась Клэр

–Видите ли, я журналист и, так же как и вы, еду в Times по приглашению

– Во-первых, давай если можно перейдём на ты, я не герцогиня чтобы ко мне так обращались, а во-вторых, ты меня сейчас полностью ошеломил. После этих слов я улыбнулся и, посмотрев ещё раз в ее глубокие глаза, сказал себе, что она настоящая герцогиня, а я уж наверно так и быть шут при дворе:

– Да прости

– И пожалуйста, не извиняйся постоянно, а то я начинаю чувствовать себя немножечко неловко- она сказала это по-доброму и конечно не хотела меня оскорбить. После этого я сразу понял, что она такая же простая девчонка, как и все, которая получила приглашение и хочет воспользоваться своим шансом – Слушай, а где ты будешь жить? -опять как-то неуклюже спросил я

– Редакция даст мне жилье и думаю что первое время я буду жить там, ну а дальше посмотрим- сказав это она снова улыбнулась своей белоснежной, обворожительной, голливудской улыбкой. Мне казалось, что меня сейчас разорвёт от осознания того, что это прекрасная девушка будет работать и жить со мной в одно доме.
– Ты не хочешь посмотреть вместе со мной мои рабочие фотографии, может что-нибудь подскажешь?- неожиданно спросила Клэр -Да, конечно- согласился я-рад буду тебе помочь. Мы сидели и смотрели ее великолепные фотографии: Гранд-Каньон, Статуя Свободы, Голден Гейт, Лас-Вегас- просматривая все эти фотографии создавалось ощущение, что мы сейчас находимся в круизе и природа открывает перед нами свои богатства. За просмотром фотографий мы не заметили как быстро пролетело время. Достав чемодан Клэр и свой, я вышел на пирон вокзала вместе со своей новой спутницей. Мы сели в метро и доехали до места. Когда вошли в общежитие для сотрудников New York Times было уже 12 часов ночи. Нас встретила пожилая старушка, которую звали Emma. Она сразу сказала, что была в курсе нашего приезда и дала ключи мне с номером 739 и Клэр с номером 934. Я помог Клэр поднять чемодан на девятый этаж, пожелал ей спокойной ночи и закрыл дверь. Войдя в свой номер я не разбирая чемодан сразу упал на кровать. Как же мне было приятно осознавать что в моей жизни наконец наступила белая полоса. Я встретил очаровательную девушку и может быть мы будем работать вместе, кто знает? – с этими мыслями на меня напал глубокий и захватывающий сон.

На следующий день я проснулся от того, что в дверь стучала Emma и судя по тому, что стук был уже твердым и звонким она делала это продолжительное время. Вскочив с кровати и споткнувшись об рядом лежащий чемодан я наконец отворил дверь:

­-Ты Джон? – спросила Emma и уставилась на меня как на инопланетянина. Я кивнул головой. Звонят из редакции и спрашивают где ты, говорят что у тебя назначено собеседование на 9 утра. Я посмотрел на свои часы, которые убийственно показывали 9:15.

–Эмма спасибо вам, простите за беспокойство, я побежал – с этими словами ловко захлопнув дверь и накинув на себя пальто Джон рванул в редакцию. Когда он туда прибежал его встретила молодая и обаятельная секретарша по имени Дженнис. Она сказала что директор давно его дожидается и попросила пройти в кабинет.

Когда я вошел в кабинет, то моему восхищению не было предела. Это был огромный кабинет, на стенах которого были различные, временные постеры New York Times, необычная люстра под потолком, выполненная итальянскими скульпторами, красивый и отдающий свежестью паркет – от всего веяло дороговизной и хорошим вкусом. За большим столом на котором валялась куча бумажек, а справа стоял большой IMac сидел приятной наружности мужчина и пристально за мной наблюдал, как будто поймал дорогую птицу в клетку и все ждал что же она будет делать. Но птица засыпала на ходу, поэтому в данной игре участие принимать не собиралась. Может быть узнав, что этот 45 летний седой мужчина является директором редакции Джон сразу же пробудился бы, но на тот момент его мозг еще к сожалению не проснулся.

– Доброе утро Джон, меня зовут Тернер, Тернер Катледж и я являюсь главным редактором New York Times Company. После этих слов глаза Джона открылись и он резко пробудился:

– Рад знакомству мистер Катледж, прошу прощения за свое опоздание и прошу не подумайте обо мне плохо, так как я достаточно пунктуальный человек

­ – Да я и не собирался пока думать о тебе плохо – перебил его Катледж, иди за мной и они вместе вышли из кабинета. Через 2 минуты мы очутились в главном зале редакции, который был заставлен кучей столов с редакторами, веб-редакторами, шеф-редакторами и журналистами. Перегородок нет. Только виртуальное деление на зоны: спорт, новости, бизнес, искусство и так далее. Гигантский аквариум без дресскода, в котором «плавает» около 1200 сотрудников. Совещания проходят ежедневно. Темы предлагают сами журналисты. И из тем создают сенсации — это вся информация, которую я получил от директора. После чего мистер Катледж сказал: Ну что Джон, вот твое рабочее место, обустраивайся и приступай к работе, если будут проблемы, Скотт тебе все объяснит, добро пожаловать в Times, только не разочаровывай меня сынок ладно? И похлопав меня по плечу мистер Катледж исчез. Напротив меня сидел блондинистый паренек в очках, который сразу заговорил:

– Я Скотт, не обращай внимания на директора, он порой стращает новичков, чтобы те не были высокого мнения о себе, понимаешь?

– Да уж, я Джон, Джон Фоулз

– Очень приятно Джон Фоулз, наконец – то у меня появился напарник, слушай а что ты собираешься делать после работы?

– Да пока не знаю а что?

 

– Предлагаю сходить в хорошее место и закрепить нашу дружбу отличным пыхом, как ты на это смотришь?

– Прости, но я тебя не понимаю

­– Ой да ладно тебе строить из себя невинное дитя, откуда ты родом?

– Из Лос­-Анджелеса

– Из Лос­-Анджелеса? Ты серьезно? И ты не разу не пыхал? Так будем решать этот вопрос вечером, а пока на вот, твоя первая статья, тема просто огонь: «Известный баскетболист и здезда NBA Lebron James переходит из Clevlend в Lakers». Не скажу, чтобы я прям фанател от спорта, но по началу понимал что нужно браться за любую работу, а дальше видно будет. Усевшись за статью я вдруг вспомнил о Клэр:

–Скотт скажи мне, ты сегодня видел нового репортера, ее зовут Клэр?

–Клэр? Не знаю, говорили что из сотрудников один ты должен был приехать. А как у нее фамилия?

–Чаплин – и после этого Скотт как-то странно на меня посмотрел

–Нет, такую не знаю. А где вы познакомились?

–Да в поезде, она сегодня должна была тоже прийти в редакцию, но видимо что-то случилось, ладно вечером узнаем, и я вновь принялся за статью. К вечеру у меня было написано 8 статей из которых 3 были просто сенсацией. Это было хорошее начало и мистер Катледж похвалил меня публично и сказал что Times приобрело в свою копилку еще одного отличного сотрудника, который без сомнения уже стал членом их семьи. Рабочий день подошел к концу и я хотел как можно скорее увидеть Клэр и оказаться в своей комнате. Но не тут-то было на моем пути возник вдруг Скотт:

–Эй ну что идем оттягиваться? Первый рабочий день и такой успех нужно отметить

–Прости Скотт, но я очень устал и хочу выспаться

–Да ладно тебе всего лишь один час и потом пойдешь спать сладким сном. Скотт был одним из тех людей, которые могли уговаривать других с полуслова и конечно же этой дозы хватило и мне, чтобы я согласился. Через 20 минут мы оказались в местном баре и взяли бутылку хорошего виски. Выпив пол бутылки виски мы оказались каким-то образом на балконе и тут что называется понеслась:

–А теперь как я и обещал – сказал Скотт и достал из кармана пиджака портсигар, в котором лежал косяк.

–Нет Скотт я не буду курить эту дрянь – сказал я и отодвинулся от него

–Так, во-первых, многоуважаемый Джон Фоулз попрошу вас заметить, что данный продукт является натуральным, а во-вторых, если мне не изменяет память, в тех местах откуда вы родом, данный продукт легализован и продается в любой аптеке. Он говорил красноречиво и убедительно как подобает настоящему мастеру слова. Мы выкурили с ним сигарету и допили виски. После чего я попрощался с ним и побрел домой. Войдя в дом я встретил Эмму, которая сказала мне чтобы я много не пил и пожелала спокойной ночи. Подойдя к двери своей комнаты я неожиданно встретил Клэр, которая как мне показалось стояла уже очень давно:

–Клэр привет, а почему тебя сегодня не было в редакции?

–Я была, только мне сразу дали задание и отправили делать репортаж

–Да этот Тернер Катледж требовательный тип да – сказав это я поймал себя на мысли что алкоголь и трава которые попали в мой организм начали действовать и что будучи в трезвом состоянии меня навряд ли посетила бы мысль сказать такое

–Я сегодня опять много фотографировала, может поднимемся ко мне и посмотрим? – сказав это она чуть слегка прикусила нижнюю губу

–Да с удовольствием – сказал я и мы вместе направились в ее комнату. Она показывала мне новые фотографии, а я восхищался ее чувством кадра. Среди всех фотографий была и карточка того самого Леброна Джеймса про которого я сегодня уже написал:

–Клэр ты представляешь я сегодня писал про него ­– с восторгом сказал я, вот это кадр, как тебе удалось?

–Я была сегодня на первом матче Lakers в сезоне – с гордостью ответила Клэр, но раз уж тут такая ситуация, то пожалуй этот снимок тебе нужней­. И она протянула мне фотографию.

–Ох, нет Клэр, я не могу ее взять, это ведь твоя работа

– Я тебе ее дарю, только не указывай мое имя, когда поместишь в публикацию

– Почему? – удивленно спросил я, мне бы очень хотелось указать твое имя

– Поверь мне – с уверенностью сказала Клэр­­ ­– ко мне итак здесь все неровно дышут из-за моей фамилии, а для тебя это помощь в твоей карьере. Поэтому пожалуйста сделай так как я тебя прошу, договорились Джон Фоулз?

– Договорились ­– выдохнув сказал я, потом посмотрев на часы понял что время уже позднее и пора собираться.

– Ладно Клэр я пожалуй пойду, надеюсь что завтра я все-таки тебя увижу в редакции. Я солгу, если скажу что очень хотел уйти от этой привлекательной девушки. При этом трава и виски уже смешались в моей крови и расслабили мой организм окончательно. Я был полностью в ее власти. Мы сидели оба на кровати и она в какой-то момент потянулась ко мне и поцеловала. Ее губы были такими мягкими, а тело пахло розовым маслом. Мы занимались с ней любовью всю ночь и это была лучшая ночь в моей жизни.

На следующий день я проснулся от того, что в дверь опять стучали и кажется это была снова тетя Эмма. Я вскочил резко с кровати и понял что нахожусь в комнате Клэр. Накинув на себя штаны и отворив дверь я увидел на пороге Эмму:

– Джон?– неожиданно спросила Эмма – Что ты тут делаешь? Из редакции только что звонили и спрашивали тебя

–Ох, простите тетя Эмма, мы тут работали с одним репортером, подбирали снимки для статей, спасибо вам за беспокойство, но мне нужно быстро одеваться и убегать – с этими словами я резко захлопнул дверь. Посмотрев на часы я снова увидел эти злосчастные 9:15. Но тут вдруг из ванны в одних трусах и рубашке вышла Клэр. Я ничего не смог сказать и в таком положении просто застыл. Она самое лучшее что происходило со мной в этой жизни – подумал я про себя

– Ну что ты, язык проглотил? – с усмешкой сказала Клэр

– Да, кажется проглотил – с ухмылкой сказал я–почему ты не в редакции?

­­– У меня сегодня выходной – нежно поцеловав меня ответила Клэр– а вот у тебя нет, поэтому быстро собирайся и беги на работу. Я быстро принял душ и в считанные минуты оказался возле двери:

­– Клэр, я сегодня буду не поздно, может в течении дня созвонимся?

­– Хорошо, хорошего тебя дня – ответила мне Клэр из другого конца комнаты. После этого я захлопнул дверь и быстрым шагом направился в редакцию. Прибежав туда, я сразу сел за свое рабочее место и начал отбирать статьи. Вдруг из-за спины ко мне подошел Скотт с кружкой горячего кофе из автомата:

– Эй старик, ну как ты? Держи, тебе она сейчас нужней- и он протянул мне кружку

­– Спасибо. Это был капучино с карамелью и сиропом, как раз то что нужно, ведь я как всегда забыл позавтракать.

–Ты вчера так шатался, я думал ты не дойдёшь-продолжал Скотт. Он был очень разговорчив и уже давно просил директора, чтобы тот подыскал ему напарника в колонку. Поэтому Джон был для него, так скажем первым экспериментом-напарником. Он пытался понять смогут ли они вместе работать и каковы перспективы такого сотрудничества, хотя Джон об этом даже не догадывался. Для него Скотт был простым и любознательным парнем, в котором не было никакой тайны.

­–Да мы вчера с тобой отожгли- сказал я и сделал глоток кофе. Нежная горячая лава потекла прямиком мне в желудок и от этого в мозгу произошло извержение, которое медленно и плавно меня пробуждало. Но в этот же момент вбежал директор и с горящими глазами подбежал к нам:

­­­­­­­—  ­­­Джон ты сегодня опять опоздал! Ладно, на первое время прощаю, понимаю первый день и захотелось отметить, но чтобы такое не повторялось хорошо сынок? А теперь смотрите, я хочу поручить это дело вам- он открывает новостную ленту на моем компьютере и читает: «Сегодня 15 января Авиалайнер Airbus A320-214 авиакомпании US Airways выполнял рейс AWE 1549 (позывной — Cactus 1549) по маршруту Нью-Йорк—Шарлотт—Сиэтл, а на его борту находились 150 пассажиров и 5 членов экипажа. Через 1,5 минуты после взлёта лайнер столкнулся со стаей канадских казарок и у него отказали оба двигателя. Экипаж благополучно посадил самолёт на воду реки Гудзон в Нью-Йорке. Ребята это будет сенсацией!!! Мне нужно чтобы вы поехали туда прям сейчас и поработали: опросили пассажиров, очевидцев, пилотов, ну что я вам рассказываю вы и так все сами знаете. Давайте ребята за работу, вы же хотите чтобы в новостной ленте мы были первые?- и после этого он пошёл в кабинет. Мы были на месте уже через 30 минут. Сэм опрашивал пассажиров, а я в это время очевидцев произошедшего. В течении всего этого времени два пилота, которым удалось посадить эту посудину на воду давали интервью местным телеканалам. Пока я разговаривал с одним из очевидцев- это была молодая девушка по имени Мэгги, я раз за разом отвлекался на репортеров, которые работали на этом месте. Я искал глазами Клэр. У меня не укладывалось в голове, как такому отличному фотографу не доверили такое дело? Ведь здесь были все и для Америки эта новость была просто сенсацией.

— Я шла быстрым шагом на работу- продолжала Мэгги-вы меня слушаете?

—Что? Да простите конечно- извинился я и перестал искать глазами Клэр- так вы шли на работу и? Она рассказала мне свою историю и когда мы опросили всех, можно было возвращаться в издательство. Мы с Сэмом отлично выполнили работу и директор нас похвалил. Наши статьи рвали все новостные ленты и мы были героями. Через месяц я был уже на доске почёта, что для меня было высшей наградой. New York Times Company стал моим домом. Днём я ходил на работу, а вечера проводил с Клэр. Она показывала мне новые фотографии и отдавала их для публикаций, а я неохотно брал. Потом она аргументировала это тем, что мы делаем общее дело, хотя и не пересекаемся в издательстве. Для Джона это не показалось странным, ведь Times- это огромная компания и у неё вполне могут быть удаленные сотрудники, так он называл тех, которые почти не появлялись в офисе. Но если к остальным слово почти ещё как-то можно было пришить, то Клэр он не видел в офисе ни разу и похоже его это не очень волновало.

Я стал хорошо зарабатывать и был просто на седьмом небе от счастья. У меня есть любимая работа, девушка, что же ещё нужно? Однажды у нас был корпоратив по случаю дня рождения шефа и как обычно мы с моим уже давнейшим другом Скоттом шлефанули алкоголь хорошим косяком. Да, что за фигня творилась в моей голове в этот день! Я точно помню что весь вечер мне улыбалась секретарша Дженнис, которая раз за разом, поглядывая на меня как-то глубоко вздыхала. После допитой бутылки и выкуренного косяка непонятным для меня образом произошла встреча в туалете. Она зашла в мужской туалет и я занялся с ней сексом прямо на раковинах. Во время секса я случайно назвал её Клэр:

— Кто такая Клэр?- резко одернув юбку спросила она

— Да так не бери в голову- попытался увельнуть я

— Нет я хочу знать, кто такая эта Клэр – настойчиво потребовала Дженнис

— Ну хорошо, Клэр это моя невеста Дженнис и скоро мы должны пожениться. Она ударила меня по щеке и с ревом выбежала из туалета. Я чувствовал себя полным кретином и хотел поскорей вернуться домой и увидеть Клэр. Попрощавшись со всеми и сказав что мне не здоровиться я направился домой. Когда я постучал в комнату Клэр дверь отворилась и на пороге стояла Дженнис

— Что ты здесь делаешь?- спросил я

— Ты полный кретин Джон, нет никакой Клэр, я узнавала у старухи, ты приехал один — и с этими словами она оттолкнув Джона вышла за дверь. Джон стоял как вкопанный и не мог понять что произошло. Когда он зашёл в комнату, то в ванной шумела вода. Джон подошёл к душевой кабине, отворил дверцу и увидел Клэр:

— Ой ты уже пришёл, а говорил что задержишься. Джон сразу рванул к ней в рубашке и поцеловал. В секунду он был уже весь мокрый и взволнованный: — Клэр прости меня, я не знаю как такое могло произойти- сказал я, после того как наши губы разошлись

— Что произойти Джон?ты опять извиняешься и непонятно за что

— Есть за что Клэр, слушай—резко переключился я,— мы хотели расписаться с тобой через 2 недели, может быть сделаем это в выходные?

— Так скоро? -удивилась Клэр

— Ну мы же любим друг друга?­ ­– добавил я и подумал какой же я все-таки кретин

— Да, конечно- и она вышла из душа обернувшись полотенцем -Клэр ты расстроилась? — я увидел как на ее лице вдруг появилась грусть

— Может нам не стоит расписываться?- спросила Клэр — ведь это же все формальности, которые придуманы людьми

— Подожди ты хочешь сказать, что тебе это не нужно?- вдруг спросил я

—Джон мне это нужно, но может чуть позже. Давай ложится спать, завтра разберёмся, я слишком устала. И они легли спать. Наутро Клэр уже не было, я принял душ, выпил горячий кофе и пошёл в издательство. Прийдя на своё рабочее место я сразу наткнулся на директора:

— Доброе утро Джон, ты не мог бы зайти ко мне на пару минут

— Конечно шеф- последнее время я называл директора Катледжа шефом и его это вполне устраивало. Войдя в кабинет я увидел сидящую и зареванную на кресле Дженнис и рядом с ней был какой-то пожилой мужчина, который внешне был похож на Энштейна. Мистер Катледж не выдерживая паузу начал говорить:

— Джон это доктор Вайсс, Кристоф Вайсс, с Дженнис вы уже знакомы давно, поэтому представлять вас друг другу не стоит. Я вопросительно смотрел на директора, а он неуклонно продолжал: Видишь ли Джон доктор Вайсс является моим давнейшим другом и директором психиатрической клиники в New York

— Простите ­­­– перебил я, вы хотите чтобы я у доктора Вайсса взял интервью?

— Нет Джон – спокойно сказал мистер Катледж – интервью нам пожалуй сегодня ни к чему

— Тогда я не понимаю шеф, что понадобилось директору психиатрической клиники, как я понимаю выходцу из Германии(этими словами Джон хотел ужалить профессора) от меня и вообще что здесь происходит? – мой пульс увеличился и я заметно начинал нервничать.

–Джон я хочу чтобы ты понял, что я дорожу каждым своим сотрудником и должен знать о вас максимум, так как в дальнейшем это влияет на качество работы

–Но вроде как с качеством работы проблем у меня нет шеф — уверенно ответил я

–Джон мы хотим прогуляться с тобой до общежития и зайти в твою комнату, если ты не против?

–Я не против, но зачем это все шеф?

–Мне будет проще объяснить тебе на месте, мистер Вайсс

Мистер Вайсс: Джон если ты не против Дженнис тоже пойдет с нами? Ты ведь не против?

— Да, как будет угодно. Мы вышли из редакции и пошли к общежитию. Я ничего не понимал и надеялся что шеф разъяснит мне все на месте.

— Вот моя комната – указал я на дверь. Мистер Вайсс обратился к Дженнис:

– Мисс Дженнис вы вчера были в этой комнате?

–Нет – ответило Дженнис через слезы,– номер комнаты был 934, я прекрасно запомнила

–Мистер Фоулз мы можем пройти в комнату 934? – осторожно спросил его доктор Вайсс. Откуда он знает мою фамилию – подумал я и сразу понял, что шеф выдал ему полный пакет информации

—Простите, но я не вижу в этом никакого смысла – мое сердце начало биться так, что казалось оно сейчас выпрыгнет из груди

—Мистер Фоулз — настойчиво продолжал профессор — поймите меня правильно, но я вынужден настаивать

—Покажи ему комнату Джон — добавил мистер Катледж — поверь так будет лучше для всех. С этими словами мы поднялись на два этажа выше и вошли в комнату 934. На стенах были фотографии и вырезки газет. На столе лежали вещи, которые Джон дарил Клэр: расчестка, красивая заколка, кулон и кольцо в коробочке, которое начало уже покрываться пылью. Мистер Вайсс прошел в комнату первым:

—Джон скажи пожалуйста чья эта комната? На кого она записана?

—Скажи ему Джон, скажи — добавила Дженнис, которая также стояла посреди комнаты

—Эта комната принадлежит моей невесте Клэр и в эту субботу мы должны расписаться. После этого шеф сильно выдохнул и покачал головой так, как будто все понял, а у Дженнис не переставали идти слезы. Так что можно сказать с уверенностью, что из этой компании только профессор Вайсс оставался с холодной головой и вел себя как подобает врачу:

—Мистер Фоулз – продолжил он – скажите пожалуйста а какая фамилия у вашей возлюбленной?

—Чаплин. А к чему вы это спрашиваете? – поинтересовался я

—Скажите а у вас был в детстве кумир? Ну или тот на кого вам хотелось бы быть похожим?

—Я не понимаю ваших вопросов доктор – с нервной интонацией сказал я

—Видите ли Джон, никакой Клэр по документам здесь не проживает, вы приехали в New York один

—Вы наверно шутите – с призрением сказал я и обратился к шефу – мистер Катледж ведь те фотографии, которые я прикреплял к статьям – это ведь фотографии Клэр Чаплин, вашего редактора

—Джон послушай – перебивая его сказал шеф – никакой Клэр у нас не работает. Я постоянно читал твои статьи и в одной из них увидел подпись под фотографией «фотограф – репортер Times Клэр Чаплин». Просмотрев всю базу я так и не нашел ее в списках сотрудников. Именно поэтому я позвонил доктору Вайссу.

—Джон пойми, мы хотим тебе помочь – добавил профессор.

—Так, я все понял, вы думаете что я сумасшедший – с ухмылкой и сарказмом сказал я, если так, то нам не о чем больше разговаривать господа ­­– развернувшись Джон пошел к двери

—Мистер Фоулз скажите мне, а куда вы собираетесь? – вежливо спросил у него профессор Вайсс, может вы хотите найти Клэр?

—Очень хочу. И в этот момент за спиной у мистер Вайсса возникла Клэр. По ее щекам медленно текли слезы, но при этом она молчала.

—Клэр что случилось? – спросил я

—Мистер Фоулз кого вы видите? – задал вопрос профессор Вайсс, он почему-то держал руки за спиной

— Клэр расскажи им все и пойдем отсюда – требовательно сказал Джон, но Клэр молчала. В этот самый миг доктор Вайсс подошел к Джону в плотную со словами: Мы хотим помочь

— Да идите вы все к черту – я резко рванул к двери и наткнулся на двух здоровенных мужиков, почувствовав укол в плечо меня начинало стремительно расслаблять. Теперь я понял почему док всегда держал руки за спиной с того момента как мы вошли в комнату. Я упал в руки здоровенных мужиков и произносил только одно имя: Клэр, Клэр, Клэр…

Джон лежит в больнице уже 2 месяца. Его навещали коллеги по работе, шеф и конечно же Дженнис. В последний из своих визитов Дженнис сказала Джону что его любит, на что Джон начал кричать на нее и говорить что та и мизинца Клэр не стоит. После этого Джона сразу увели. Он в последнее время предпочитал оставаться один и все надеялся что Клэр прийдет и навестит его, но Клэр не приходила. Когда Джона приехала навестить его мать, то она просто ужаснулась и не узнала своего сына. Миссис Фоулз вырастила Джона одна, так как его отец погиб в автокатастрофе, когда Джону был ровно год. Она поговорила с сыном, после чего ее пригласил в свой кабинет профессор Вайсс:

— Миссис Фоулз, меня зовут Кристофф Вайсс и я являюсь директором этой психиатрической клиники. Ваш сын поступил к нам ровно 2 месяца назад и это довольно уже большой срок.

— Простите доктор я проехала большой путь из Лос-Анджелеса до Нью –Юорка чтобы оказаться здесь, поэтому говорите прямо — Роза Фоулз была  прямолинейной женщиной и любила в разговорах переходить сразу к сути.

— Хорошо миссис Фоулз – сказал Вайсс, поправив очки. Ваш сын сейчас холост, поэтому в этом случае  подпись на документе должна принадлежать одному из ближайших родственников. Мы предлагаем сделать вашему сыну «электросудорожную терапию» и требуется ваше согласие

—Что это такое?

— Это  проведение электрических импульсов через мозг. Видите ли мы пришли к выводу, что данную процедуру необходимо делать немедленно, так как те препараты которые мы даем только затормаживают процесс, но не решают проблему в целом. Мне очень жаль миссис Фоулз, но другого выхода увы нет. Болезнь прогрессирует и с каждым разом у Джона возникают все новые галлюцинации.

— А что если я не подпишу?- спросила мисс Фоулз

— Тогда его состояние будет ухудшаться и в конце концов мы должны будем прибегнуть к крайним мерам. Вайсс наклонился к ней:

— Мисс Фоулз ,я прошу вас, подпишите данную бумагу. И он протянул ей листок. Роза поставила свою подпись, тут же встала и уже собиралась уходить, как вдруг сказала:

— Профессор, вы давали клятву как врач, пожалуйста пусть это будут не просто слова и он вернётся ко мне здоровым. И она вышла за дверь. Меня зовут Джон Фоулз и сейчас я стою на пироне и жду поезд, который отвезёт меня в неизвестном направлении. Любой человек всегда тянется к прекрасному – такая мысль проскочила в моей голове. Но что если это прекрасное вы придумываете в своей голове, благодаря вашему живому и подвижному уму?

На самом же деле, я уже как 2 года являюсь пациентом психиатрической клиники в Лос-Анджелесе. Мой лечащий врач доктор Вайсс рассказал мне, что однажды, когда я сбежал из клиники они поймали меня на пироне, собирающимся сесть в поезд. Я кричал что мне нужно вернуться на работу в Times, увидеть своих коллег и пообщаться с шефом. Ровно через 2 недели доктор Вайсс вызвал меня к себе в кабинет:

— Джон ты знаешь мое отношение к тебе, но мы же договаривались что без фокусов– сказал доктор Вайсс, после чего добавил: я не хочу возобновлять курс процедур, ты меня понимаешь?

Через 4 месяца они меня выписали и я переехал в дом к матери. Мы жили с ней рука об руку, но нужно было что-то делать, и я решился позвонить в местную газету в Лос-Анджелесе. Мысль о том, что я всю жизнь буду на обеспечении у матери просто угнетала меня. Они ответили на звонок и попросили в среду прийти на собеседование. Я одел свой лучший пиджак и был в полной боеготовности. Когда мне пришлось переходить дорогу, на противоположной стороне я увидел Клэр. Оказавшись с ней вплотную, лицом к лицу, я прошёл мимо и сделал вид что просто не заметил. Моя журналистская любознательность сыграла здесь главную роль, так как благодаря ей мне удалось получить и увидеть полную картину своего диагноза, а в роли художника здесь выступил конечно же профессор Вайсс. Он рассказал мне, что когнитивные изменения, которые произошли в моем мозгу с большой вероятностью вызваны в результате стресса и перевозбуждения. Иными словами, когда после окончания университета я попал в редакцию, все мои мысли были направлены только на одно – получить приглашение от New York Times Company. Я работал как волк, но приглашения так и не поступало. Меня раздирало отчаяние и тогда в работу включился мой мозг, точнее моя фантазия. А дальше дело было за малым, нужно было меня упаковать и доставить в лечебницу, что и произошло. В редакцию меня все-таки приняли и работав в ней я параллельно на протяжении двух лет писал книгу « Как один псих хотел в Times попасть». К моему удивлению меня опубликовали и книга произвела в Лос-Анджелесе большой фурор. Но для меня все это было мишурой.

4 апреля зазвонил телефон и я поднял трубку:

— Алло, Джон Фоулз?

— Да

— Вас беспокоят из New York Times, меня зовут Сьюзон. Я понял что нужно было успокоиться и понять настоящая ли она или галлюцинация.

— Да, а по какому поводу вы звоните?

—Мы хотели вас пригласить на собеседование, пригласительное письмо вы должны были уже получить по почте – у нее был очень приятный голос:

—  Сьюзон простите, но мне иногда нужно убеждаться в некоторых вещах, можно я проверю свою почту и перезвоню вам?

— Да,конечно. Она продиктовала мне номер, после чего я повесил трубку. Как гепард, который увидел жертву, я ринулся к компьютеру и открыл мэйл. На мой адрес пришло официальное письмо от компании New York Times, в котором была указана дата собеседования и время, а также информация о том, что на время собеседования предоставляется жилье. Надеюсь мой дорогой читатель, что ты испытаешь сейчас те же самые эмоции, которые были у меня, когда я читал это письмо. Прыгая по комнате я не мог остановиться, а потом вдруг подумал: Я ведь сумасшедший, мне можно!

Через 2 минуты я перезвонил в Times:

— Алло! Сьюзон?

— New York Times Company секретарь Сьюзон чем могу помочь?

— Здравствуйте еще раз, я Джон Фоулз, вы звонили мне сегодня

— Да Джон, ну как убедились?

— Да письмо настоящее( и в трубку он услышал небольшой смешок от Сьюзон)

— Приезжайте завтра мы ждем вас, да и хотела вам выразить свое восхищение от прочитанной книжки, до свидания

— Спасибо Сьюзон, до свидания. Положив трубку, я сразу же набрал другой номер. Конечно же это был номер профессора Вайсса. Я рассказал ему все и он пообещал что заедет к нам вечером. На следующее утро доктор Вайсс и моя мама провожали меня в New York. Профессор Вайсс сказал, чтобы я сильно не переживал и вовремя принимал таблетки. Он добавил, что моя поездка это конечно же риск, но он во мне уверен и надеется что я справлюсь. Я обнял маму и пожал руку профессору Вайссу. После чего сел в поезд. Поставив чемодан и поправив очки я наконец уселся. Поезд тронулся и на прощание помахав рукой мистеру Вайссу и маме я поехал в New York. Напротив меня никто не сидел, но в считанные секунды появилась Клэр. Она смотрела на меня, а по моей щеке вдруг побежала слеза: Прости меня Клэр – сказав это я встал и направился в тамбур. Я достал сигарету и закурил. В тамбуре, с бутылкой виски меня уже ждал Скотт.

P.S. Каждый однажды должен сесть в поезд, который отвезет вас в неизвестном направлении. Только не придумывайте ничего, ведь жизнь и так прекрасна: у вас появится любимый человек, дети, любимая работа и вы будете обязательно счастливы. Поверьте мне, этот экспресс привезет вас туда, куда вам нужно и где вас ждут, не переживайте! Журналист газеты New York Times Джон Фоулз.

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2018 © Никита Майоров. Crafted with love by SiteOrigin.